Вопрос: Нет ли акта произвола в том, что Христос сказал разбойнику на кресте: «сегодня же будешь со Мною в раю!». Всё же разбойник был преступником и должен был сначала погасить свою карму, прежде чем он мог бы войти в рай. Как Абдрушин объясняет это противоречие?
Ответ: В этом процессе не заложено ни произвола, ни противоречия. Упомянутый ими разбойник на кресте вполне отчётливо высказал в своих словах, что он чувствует себя виновным и заслуживает наказания, тогда как Христос должен был страдать безвинно. То есть в нём пробудилось полное познание своей вины и заслуженного наказания. Это познание, связанное с доверительной просьбой о том, чтобы Христос вспомнил о нём, когда Он будет в Своём светлом царстве, привело к тому, что одновременное претерпевание самого тяжкого земного наказания во взаимодействии оказалось немедленным погашением всей вины. Вся карма, которая ещё угрожала ему, могла тотчас в этом высвободиться. Само собой разумеется, что затем таким образом освобождённый от вины, а потому ничем более не обременённый должен был тотчас войти в духовное, то есть фактически сразу после своей земной смерти вступить в рай. Именно закономерное воздействие должно было привести к его немедленному вознесению в духовное при отпадении земного тела. Таким образом, обетование Христа полностью укладывалось в рамки исполнения божественных законов, то есть Божьей воли. (Книга: В Свете Истины, Доклады: Судьба и символизм).
Иначе обстояло дело со вторым разбойником, который насмехался над Христом в Его страданиях и осыпал Его словами поношений. Здесь, во исполнение законов, тотчас началось течение новой кармы, которая должна была проявиться в тяжелейших обратных действиях в тонко-вещественном мире, а позже и зримо в последующих земных жизнях, и ещё будет проявляться, пока и он не достигнет познания своей вины и искренней просьбы о прощении.
